Самое главное...
Тронуло душу. Вернее, даже не тронуло, а почти ударило. Своей неожиданностью.
Действительно, что же это — Самое Главное?
Ощущаю пальцами отличные клавиши. И марафонный забег под громким ливнем, чтобы непременно шум жизни вокруг.
Бью прозрачный и тонкий хрусталь, «...чьи осколки, однако, не ранят, но тают в ладони», в белой комнате, где стены, пол, потолок покрыты кафелем. И пахнет лекарствами и стерильностью.
Вижу жёлтое поле ржи, слышу «Август» Чайковского. И синее небо, полуденный зной, затем звук серпа, срезающего колосья. И шорох велосипедных колёс.
Жёлтое, синее, серое.
Серебро.
Самое Главное?..
Тронуло душу. Вернее, даже не тронуло, а почти ударило. Своей неожиданностью.
Действительно, что же это — Самое Главное?
Ощущаю пальцами отличные клавиши. И марафонный забег под громким ливнем, чтобы непременно шум жизни вокруг.
Бью прозрачный и тонкий хрусталь, «...чьи осколки, однако, не ранят, но тают в ладони», в белой комнате, где стены, пол, потолок покрыты кафелем. И пахнет лекарствами и стерильностью.
Вижу жёлтое поле ржи, слышу «Август» Чайковского. И синее небо, полуденный зной, затем звук серпа, срезающего колосья. И шорох велосипедных колёс.
Жёлтое, синее, серое.
Серебро.
Самое Главное?..